Случай успешного применения цитокиногенетической терапии для лечения диссеминированного рака молочной железы (наблюдение из практики)

Резюме
Введение. Люминальный подтип В рака молочной железы характеризуется худшим прогнозом и более высоким риском рецидивов по сравнению с люминальным А. В отличие от подтипа А, он обладает более высокой мутационной нагрузкой и экспрессией PD-L1, что делает его потенциально чувствительным к иммунотерапии, включая цитокиногенетическую терапию.
Цель работы. Оценить эффективность и безопасность применения препаратов цитокиногенетической терапии в составе противоопухолевого лечения диссеминированного люминального В-подтипа рака молочной железы.
Материалы и методы. Пациентка 46 лет с люминальным В-раком молочной железы (исходно сТ4N2М0) получала комплексное лечение и гормонотерапию до августа 2025 года, однако с августа зафиксирована прогрессия с метастазами в кости, лимфоузлы, легкие, плевру и головной мозг. После биопсии подтвержден инвазивный протоковый рак G2, Эр 8 баллов, ПР – 7 баллов, Ki67 – 35%, HER2 – 0, BRCA – wt, и с сентября 2025 года назначена монохимиотерапия паклитакселом, дополненная лучевой терапией на головной мозг и деносумабом. Повторная компьютерная томография с контрастным усилением в январе 2026 показала рост легочных очагов и лимфоузлов (до 15 мм), уровень СА15-3 достиг 633,5 ЕД/мл, в связи с чем решением онкологического консилиума по месту жительства пациентки терапия изменена на капецитабин. Учитывая отрицательную динамику и ухудшение состояния, пациентка самостоятельно обратилась в клинику для дополнения химио-терапии цитокиногенетической терапией. В процессе лечения контролировались статус Карновского, уровень фактора некроза опухоли альфа и СА15 3, а также динамика опухолевого процесса по компьютерной томографии с контрастированием.
Результаты. На фоне цитокиногенетической терапии уже после 3 курсов отмечено значительное улучшение самочувствия: уменьшились слабость, одышка и боли, статус Карновского вырос с 60% до 87% к 6-му курсу. По данным компьютерной томографии с контрастным усилением достигнута стабилизация опухолевого процесса в легочной ткани и очагов в лимфатических узлах средостения, а сумма наибольших/наименьших диаметров очагов уменьшилась с 57 до 41 мм (на 28%). Уровень онкомаркера СА15-3 снизился в 4,1 раза. Цитокиногенетическую терапию пациентка хорошо переносила, собственной токсичности препаратов не наблюдалось, общая продолжительность жизни с момента начала цитокиногенетической терапии составила 8+ месяцев.
Заключение. Этот клинический пример демонстрирует потенциальную эффективность тройной схемы (капецитабин + интерферон гамма + фактор некроза опухолей – тимозин-а1 рекомбинантный) у пациентки с распространенным люминальным В-раком молочной железы. Однако для окончательного подтверждения ее роли в лечении подобных больных необходимы рандомизированные клинические испытания.
Конфликт интересов. Авторы статьи подтвердили отсутствие конфликта интересов, о котором необходимо сообщить.

Рак молочной железы (РМЖ) остается одним из наиболее распространенных видов рака у женщин [1], причем люминальный рак молочной железы – самый распространенный подтип этого заболевания. На его долю приходится 60-80% всех случаев РМЖ [2]. Большую часть наблюдений составляют больные люминальным подтипом А – 40-60%, который достаточно хорошо поддается лечению. Реже встречается люминальный В-подтип (HER2-негативный) – 15-25% от всех случаев, характеризующийся высоким индексом пролиферации Ki67, что указывает на большую эффективность применения химиотерапии. Люминальный В ассоциируется с худшим прогнозом заболевания, более высоким риском отдаленных рецидивов и смертности от РМЖ, чем люминальный А, причем продленная гормональная терапия не снижает эти риски [3]. У пациенток с люминальными В-опухолями 10-летний риск рецидива составляет 18,4%, а у больных люминальными А-опухолями – только 7,6% (p < 0,001) [4]. Люминальный В-подтип РМЖ, в отличие от люминального А, часто характеризуется высоким уровнем мутационной нагрузки, инфильтрацией опухолевыми лимфоцитами и экспрессией PD-L1, что делает его потенциально более чувствительным к иммунотерапии [5]. В числе возможных иммунотерапевтических подходов к лечению люминального В-подтипа РМЖ изучается возможность применения препаратов цитокиногенетической терапии (ЦГТ).

Цель исследования: оценить эффективность и безопасность применения препаратов ЦГТ в составе противоопухолевого лечения диссеминированного люминального В-подтипа рака молочной железы

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

Пациентка О., 46 лет, обратилась в клинику в 21.01.2026 года с диагнозом: «Рак правой молочной железы (исходно сТ4N2М0), люминальный подтип В, комплексное лечение в 2017-2019 годах, гормонотерапия (анастразол) по 08.2025 года, прогрессия опухоли от 08.2025 года (кости, лимфатические узлы, легкие, плевра, головной мозг), паллиативные курсы монохимиотерапии с 30.09.2025 года, курс дистанционной лучевой терапии 15.10.2025 – 26.10.2025 года (СОД 30ГР)».

При очередной позитронно-эмиссионная томографии, совмещенной с компьютерной томографией (ПЭТ-КТ), от 28.08.2025 ��ода получены данные о наличии активной опухолевой ткани в надключичных лимфатических узлах с обеих сторон, легких, внутригрудных лимфоузлах, костях скелета, зарегистрирована прогрессия опухолевого процесса. Выполнена биопсия надключичного лимфоузла в стационаре по месту жительства 02.09.2025 года. Гистологически от 18.09.2025 года выявлен инвазивный протоковый рак, G2.

По данным компьютерной томографии с контрастным усилением от 22.09.2025 года – картина диссеминированных полисегментарных очагов в легочной ткани, лимфоаденопатия средостения. Множественные остеобластические очаги в позвоночнике и грудине вторичного генеза, двухсторонний гидроторакс. Иммуногистохимическое исследование от 28.09.2025 года: ЭР – 8 баллов, ПР – 7 баллов, HER2 – 0, Ki67 – 35%, BRCA – 1,2 wt. С 30.09.2025 года решением онкоконсилиума по месту жительства назначена монотерапия препаратом паклитаксел 80 мг/м² в еженедельном режиме.

Магнитно-резонансная томография (МРТ) головного мозга от 10.10.2025 года – единичный юкстакортикальный очаг лобной зоны левой гемисферы с перифокальным отеком вещества головного мозга и протяженным линзовидным участком накопления контрастного препарата мозговыми оболочками, вторичного генеза. МРТ шейного, грудного и поясничного отделов позвоночника от 12.10.2025 года показала наличие диссеминированных остеобластических очагов в позвоночнике и костях таза вторичного генеза с частичной инвазией в спинномозговой канал на уровне Th5, Th 6, Th 7 по правой полуокружности. Умеренный отек паравертебральных мягких тканей на уровне остистых отростков поясничного отдела позвоночника. К лечению добавлен деносумаб. С 15.10.2025 по 26.10.2025 года проведен паллиативный курс дистанционной лучевой терапии (тотальное облучение головного мозга с захватом мозговых оболочек), СОД 30 Гр.

При повторном КТ с внутривенным контрастированием от 25.10.2025 года сохраняется картина диссеминированных полисегментарных очагов в легочной ткани, лимфоаденопатии средостения. Два самых крупных очага определяются в области бифуркации трахеи – 9 мм и паратрахеально – 10 мм по короткой оси. Двухсторонний гидроторакс, преимущественно справа. Отмечается небольшое увеличение объема жидкости в правой плевральной полости по сравнению с исследованием от 23.10.2024 года, размеры очагов в легочной ткани прежние (наиболее крупные в S6 – 7 мм, S8 справа – 8 мм), стабилизация процесса. Множественные остеобластические очаги в позвоночнике и костях таза.

МРТ головного мозга с контрастным усилением от 23.12.2025 года – картина протяженного линзовидного участка накопления контрастного препарата мозговыми оболочками лобной зоны левой гемисферы головного мозга, вторичного генеза. По сравнению с исследованием от 10.10.2025 года отмечена положительная динамика.

КТ с контрастным усилением от 18.01.2026 года показала рост размеров полисегментарных очагов в легочной ткани, в том числе контрольных образований в легком справа в S6 до 12 мм, S8 справа – 15 мм, а также увеличение лимфоузлов в области бифуркации трахеи и паратрахеально до 15 мм по короткой оси (рис. 1).

Сохранялось небольшое количество жидкости в плевральных полостях, преимущественно справа. Уровень СА15-3 от 20.01.2026 года составил 633,5 ЕД/мл. Решением онкоконсилиума по месту жительства от 01.2026 года изменена схема лекарственной терапии, больная переведена на капецитабин. Учитывая отрицательную динамику по результатам КТ-исследования и ухудшение общего состояния, пациентка самостоятельно приняла решение обратиться в клинику для проведения ЦГТ совместно с назначенной химиотерапией.

Решением междисциплинарного консилиума клиники от 21.01.2026 года пациентке назначены препараты ЦГТ: интерферон гамма человеческий рекомбинантный (ИФН-γ) в сочетании с препаратом фактора некроза опухолей –тимозином-α1 рекомбинантным (рФНТ-α1) по схеме, разработанной в клинике. До начала лечения больная подписала информированное согласие. Назначенная терапия одобрена решением Независимого этического комитета (протокол заседания от 21.01.2026 года). Препараты были назначены вне инструкции к применению в соответствии с Распоряжением Правительства РФ № 1180-р от 16.05.2022 года «Перечень заболеваний, при которых допускается применение лекарственного препарата вне инструкции по его применению, в том числе у детей» и Приказом Минздравсоцразвития РФ от 09.08.2005 года № 494 «О порядке применения лекарственных средств у больных по жизненным показаниям». Во время лечения пациентки учитывались изменения статуса Карновского. С помощью метода иммуноферментного анализа определяли уровень в сыворотке крови фактора некроза опухоли альфа (ФНО-а) и СА15-3. Изменения размеров опухолевого процесса контролировали с помощью КТ с контрастным усилением.

РЕЗУЛЬТАТЫ

До начала терапии пациентка жаловалась на сильную слабость, одышку при физической нагрузке, боли в костях скелета. При физикальном обследовании состояние средней степени тяжести. Статус Карновского – 60%. Неврологической симптоматики не определяется. Пациентка ориентирована в месте, пространстве и времени. Кожные покровы бледные. Периферические лимфоузлы не увеличены. В легких дыхание везикулярное, не проводится в нижних отделах справа, хрипов нет, крепитация не выслушивается. Тоны сердца приглушены, аритмичны. Акт глотания не нарушен. Живот в размерах не увеличен, при пальпации мягкий, безболезненный во всех отделах, перитонеальных симптомов нет. Печень +1,5 см из-под края реберной дуги, край ровный, закруглен. Симптом Пастернацкого отрицателен с обеих сторон. Локальный статус: справа молочная железа округлой формы, состояние после реконструкции имплантом (2017 год), кожа над ним не изменена, послеоперационный шов без признаков воспаления. Слева в молочной железе явления диффузной фиброзно-кистозной мастопатии, дополнительных образований не определяется. Сосково-ареолярный комплекс не изменен, выделений из соска нет.

После проведения 3 курсов ЦГТ пациентка отметила значительное улучшение самочувствия, меньше стали беспокоить слабость и одышка, улучшился сон и аппетит, сократилась потребность в обезболивающих препаратах. После шестого курса лечения больная смогла самостоятельно выходить на улицу, совершать небольшие прогулки возле дома, стала больше общаться с окружающими людьми. По данным КТ с контрастным усилением от 03.04.2026 года, а затем 18.07.2026 года отмечена положительная динамика. Размеры большинства выявленных очагов в легочной ткани уменьшились, их количество сократилось. Контрольные очаги в правом легком от 03.04.2026 года: в S6 – 11 мм, S8 справа – 13 мм, от 18.07.2026 года: в S6 – 9 мм, S8 справа – 11 мм (рис. 2). Сохраняется внутригрудная лимфаденопатия – увеличение лимфоузлов в области бифуркации трахеи и паратрахеально от 03.04.2026 года до 12 и 13 мм соответственно по короткой оси, от 18.07.2026 года – до 10 и 11 мм по короткой оси. В левой плевральной полости от 18.07.2026 года жидкость не определяется, справа – до 10 мл.

Показатели, характеризующие изменение состояния пациентки в процессе лечения, представлены в таблице. Уровень СА15-3 снизился в 4,1 раза от исходного.

В настоящее время пациентка продолжает получать курсы химиотерапии препаратом капецитабин, лечение переносит удовлетворительно. Одновременно проводится ЦГТ. В процессе лечения не наблюдается собственной токсичности ИФН-γ и рФНТ-α1. Общая продолжительность жизни больной с момента начала ЦГТ – 8+ месяцев.

ОБСУЖДЕНИЕ

Люминальный В-подтип РМЖ характеризуется худшим ответом на длительную гормональную терапию, чем люминальный А. В исследовании DATA (медиана наблюдения 13,1 года) люминальный В-подтип ассоциировался с более высоким риском отдаленных рецидивов (sHR 1,44, p = 0,03) и смертности от РМЖ (sHR 1,68, p = 0,008). При этом продленная терапия анастрозолом снижала риск отдаленных рецидивов и смертности у пациенток с люминальным А, а у пациенток с люминальным В значимого эффекта не наблюдалось [3].

При продолжающемся росте опухолевых очагов стандартным вариантом лечения является назначение таксанов. Однако существует риск развития резистентности и прогрессии заболевания. Исследования показывают, что у значительной части пациенток (около трети) наблюдается первичная резистентность к таксанам, а у ответивших на терапию прогрессирование наступает в среднем через 6-7 месяцев [7]. В представленном нами наблюдении рост опухолевых очагов имел место через 3 месяца терапии паклитакселом в еженедельном режиме, что свидетельствует о высокой агрессивности опухоли и согласуется с данными о возможной ранней прогрессии на фоне таксановой терапии у части пациенток.

Целесообразность назначения капецитабина при метастатическом люминальном В-подтипе РМЖ подтверждена в исследовании PEARL (NCT02028507), где сравнивались капецитабин и комбинация палбоциклиба с фулвестрантом у пациенток с гормон-позитивным HER2-негативным РМЖ с резистентностью к ингибиторам ароматазы [8]. В рамках исследования допускалось проведение не более одной линии предшествующей химиотерапии, которая могла включать таксаны. В общей популяции медиана выживаемости без прогрессирования (ВБП) составила 8,0 месяцев для капецитабина против 10,6 месяца для комбинации (HR 1,27; p = 0,02), а медиана общей выживаемости – 32,8 и 31,1 месяца соответственно (HR 1,10; p = 0,55). Однако в подгруппе люминального В (PAM50) капецитабин показал значимое преимущество по ВБП: 9,1 месяца против 5,9 месяца (HR 0,59; 95% ДИ 0,37-0,95; p = 0,02). Таким образом, для пациенток с люминальным В и резистентностью к ингибиторам ароматазы капецитабин может быть предпочтительнее, несмотря на отсутствие преимущества в общей популяции. Хотя исследование PEARL не ограничивалось пациентками, предлеченными таксанами, его результаты подтверждают эффективность капецитабина в популяции, которая включает таких пациенток, что обосновывает применение препарата и в данной клинической ситуации.

Дополнительно пациентке была назначена ЦГТ. Возмож-ность использования препаратов ЦГТ при РМЖ показана в экспериментальных и клинических исследованиях. Так, в работе [9] представлены доказательства иммуномодулирующего эффекта комбинированного использования ИФН-γ и ФНО-α (одного из компонентов препарата рФНТ-α1). Показано, что обработка опухолевых клеток ИФН-γ и ФНО-α значительно увеличила экспрессию рецепторов FAS, TRAIL-R2 и молекулы адгезии ICAM-1 в клеточных линиях РМЖ (MCF-7, MDA-MB-231 и MDA-MB-468), усиливая апоптоз, опосредованный NK-клетками, и способствуя образованию конъюгатов NK-клеток с опухолевыми клетками. Кроме того, цитокины усиливали инфильтрацию NK-клеток в 2D- и 3D-сфероидах, что сопровождалось увеличением экспрессии активирующих рецепторов (NKG2D, DNAM-1, NKp30 и NKp46) на инфильтрирующих NK-клетках. Наблюдавшиеся эффекты были более выражены при люминальном РМЖ, чем при трижды негативном.

По данным [10] повышенный уровень ИФН-γ в сыворотке крови пациенток является независимым фактором благоприятного прогноза при гормонозависимом РМЖ. Частота отдаленных рецидивов в подгруппе с высоким уровнем ИФН-γ составила 4%, а в подгруппе с низким уровнем – 33%. Кроме того, авторами отмечена отрицательная корреляция уровня ИФН с поражением лимфоузлов и стадией опухоли. Согласно работе [11] высокий уровень ИФН-γ ассоциирован с улучшенным иммунным ответом и благоприятным прогнозом при РМЖ. S. Jalaguier et al. (2024) идентифицирован новый регулятор сигнального пути ИФН-γ – корепрессор RIP140. Показано, что низкий уровень RIP140 усиливает ИФН-γ-зависимое ингибирование пролиферации клеток РМЖ, а также опосредует связь высокого уровня ИФН-γ с хорошим прогнозом [12]

В исследовании [13] авторы использовали ЦГТ ингаляционно у больной люминальным В-подтипом после мастэктомии для профилактики метастазирования в легкие. После трех курсов ингаляционной ЦГТ ранее выявленные по данным ПЭТ-КТ микроузлы в легких не определялись, новых очаговых и инфильтративных изменений в легких не зарегистрировано. Полученные результаты свидетельствовали об эффективности предложенного лечения. По данным [14] перитуморальное применение рФНТ-α1 в комбинации с неоадъювантной химиотерапией (режимы FAC и PA) у больных местно-распространенным раком молочной железы IIB-IIIB стадии привело к достоверному увеличению частоты объективных эффектов, в том числе за счет роста числа полных регрессий опухоли. Трехлетняя безрецидивная выживаемость возросла на 20%. В нашем исследовании использование препаратов ЦГТ в сочетании с капецитабином обеспечило стабилизацию опухолевого процесса, ответ на лечение составил 28%.

Эффективность комбинации трех препаратов (ИФН-γ + рФНТ-α1 + капецитабин) при люминальном В-подтипе РМЖ, резистентном к паклитакселу, объясняется многоуровневым синергизмом используемых агентов. Предлагаемая схема направлена на преодоление лекарственной устойчивости посредством модуляции опухолевого микроокружения, реализации прямого цитотоксического эффекта и реиндукции чувствительности к химиотерапии.

В данной схеме капецитабин выполняет не только цитостатическую, но и иммуномодулирующую функцию. Препарат способен активировать путь cGAS-STING, что приводит к индукции ИФН I типа в опухолевых клетках, создает провоспалительный фон, усиливая иммуногенность опухоли и улучшает ее распознавание иммунной системой [15]. Кроме того, продемонстрировано, что капецитабин увеличивает продукцию ИФН-γ активированными опухолевыми лимфоцитами и индуцирует экспрессию PD-L1, подготавливая микроокружение для последующего воздействия экзогенными цитокинами [16].

Согласно данным [17] ответ на терапию паклитакселом включает активацию интерфероновых сигнальных путей, что в некоторых случаях может приводить к развитию механизмов резистентности. Добавление комбинации цитокинов позволяет модифицировать этот ответ, обеспечивая переключение иммунной активности в направлении, благоприятном для элиминации опухолевых клеток, и тем самым преодолевая устойчивость, развившуюся на фоне монотерапии таксанами.

Препарат рФНТ-α1 обладает прямым противоопухолевым действием, индуцируя апоптоз опухолевых клеток, блокирует ангиогенез и способен устранять лекарственную устойчивость к химиопрепаратам, усиливая их эффективность в отношении клеток, характеризующихся низкой чувствительностью. ИФН-γ активирует эффекторные клетки иммунитета (макрофаги, NK-клетки, цитотоксические Т-лимфоциты), стимулирует презентацию антигенов и создает условия для реализации противоопухолевого эффекта рФНТ-α1. Таким образом, использование предложенной схемы позволяет преодолеть резистентность к предшествующей терапии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В представленном клиническом случае показана возможность использования комбинации трех препаратов – капецитабина, ИФН-γ и рФНТ-α1 в лечении пациентки с диссеминированным люминальным В-раком молочной железы. Для определения места этой схемы в комплексной терапии больных необходимо проведение рандомизированных клинических исследований.

Вклад авторов:
Концепция статьи — Бен Аммар А. М.
Концепция и дизайн исследования — Бен Аммар А. М.
Обзор литературы — Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т.
Написание текста — Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т.
Сбор и обработка материала — Заркуа В. Т.
Анализ материала — Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т.
Редактирование — Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т.
Утверждение окончательного варианта статьи — Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т.

Contribution of authors:
Concept of the article — Ben Ammar A. M.
Study concept and design — Ben Ammar A. M.
Literature review — Ben Ammar A. M., Zarkua V. T.
Text development — Ben Ammar A. M., Zarkua V. T.
Collection and processing of material — Zarkua V. T.
Material analysis — Ben Ammar A. M., Zarkua V. T.
Editing — Ben Ammar A. M., Zarkua V. T.
Approval of the final version of the article — Ben Ammar A. M., Zarkua V. T.

Литература/References

1. Lukasiewicz S., Czeczelewski M., Forma A., et al. Breast Cancer-Epidemiology, Risk Factors, Classification, Prognostic Markers, and Current Treatment Strategies-An Updated Review. Cancers (Basel). 2021; 13 (17): 4287. DOI: 10.3390/cancers13174287.
2. Nguyen T. P. T., Tran A. H., Van M. N., et al. Study on molecular subtypes and correlation between molecular subtypes and histopathological features in invasive breast cancer. Hue Journal of Medicine and Pharmacy. 2022. DOI: 10.34071/jmp.2022.5.25.
3. Lammers S. W. M., Geurts S. M. E., Hermans K. E. P. E., et al. (Dutch Breast Cancer Research Group). The prognostic and predictive value of the luminal-like subtype in hormone receptor-positive breast cancer: an analysis of the DATA trial. ESMO Open. 2025; 10 (2): 104154. DOI: 10.1016/j.esmoop.2025.104154.
4. Lænkholm A.-V., Jensen M.-B., Eriksen J. O., et al. Prosigna Score and 10-Year Distant Recurrence in Women Receiving Endocrine Therapy for Early Breast Cancer. ASCO Post. 2018; 36: 735-740. DOI: 10.1200/JCO.2017.74.6586.
5. Peterko A. C., Rajković M. K., Savić V. A., et al. Quantitative and Qualitative Variations in TILs in Risk Stratification and Patient Selection for Neoadjuvant Chemotherapy of the Luminal B and Triple-Negative Breast Cancer Immunophenotype. Sci. 2025; 7 (2): 69. DOI: 10.3390/sci7020069.
6. Maemura Y., Ozaki A., Chiwaki R., et al. High p62 and ALDH1A3 Reduce the Effectiveness of Endocrine Therapy in Luminal B Breast Cancer. Cancer Diagnosis & Prognosis. 2025; 5 (6): 677-697. DOI: 10.21873/cdp.10484.
7. Zeng H.-A. Docetaxel rechallenge in HER2-negative metastatic breast cancer: a real-world study of previously discontinued patients for non-progression reasons. Journal of Cancer Research and Clinical Oncology. 2025; 151 (2): 89. DOI: 10.1007/s00432-025-06133-w.
8. Martín M., Zielinski C., Ruiz-Borrego M., et al. Palbociclib in combination with endocrine therapy versus capecitabine in hormonal receptor-positive, HER2-negative, aromatase inhibitor-resistant metastatic breast cancer: a phase III randomised controlled trial – PEARL. Annals of Oncology. 2021; 32 (4): 488-499. DOI: 10.1016/j.annonc.2020.12.014.
9. Barberini F., Pietroni R., Ielpo S., et al. Combined IFN-γ and TNF-α treatment enhances the susceptibility of breast cancer cells and spheroids to Natural Killer cell-mediated killing. Cell Death & Disease. 2025, 16: Article number: 729. DOI: 10.1038/s41419-025-08021-0.
10. Todorović-Raković N., Milovanović J., Greenman J., Radulovic M. The prognostic significance of serum interferon-gamma (IFN-γ) in hormonally dependent breast cancer. Cytokine. 2022; 152: 155836. DOI: 10.1016/j.cyto.2022.155836.
11. Ciurescu S., Buciu V., Șerban D., et al. Role of Cytokines in Breast Cancer: A Systematic Review and Meta-Analysis. Biomedicines. 2025; 13 (9): 2203. DOI: 10.3390/biomedicines13092203.
12. Jalaguier S, Kuehn A., Petitpas C., et al. The transcription factor RIP140 regulates interferon γ signaling in breast cancer. Cold Spring Harbor Laboratory. 2024; 157 (1): 170-182. DOI: 10.1002/ijc.35405.
13. Стахеева М. Н., Богдашин И. В., Тарабановская Н. А. и др. Клинический случай ингаляционного применения цитокинов у больной раком молочной железы с образованиями в легком неясного генеза. Иммунология. 2024; 45 (3): 321-328. DOI: 10.33029/1816-2134-2024-45-3-321-328. / Stakheeva M. N., Bogdashin I. V., Tarabanovskaya N. A., et al. A clinical case of inhaled cytokine use in a patient with breast cancer and lung tumors of unknown origin. Immunologiya. 2024; 45 (3): 321-328. (In Russ.) DOI: 10.33029/1816-2134-2024-45-3-321-328.
14. Владимирова Л. Ю., Подзорова Н. А., Златник Е. Ю. и др. Опыт перитуморального применения рекомбинантного фактора некроза опухоли – тимозина-А1 при местно-распространенном раке молочной железы IIb-IIIb стадии. Фундаментальные исследования. 2014; 7 (4): 921-926. / Vladimirova L. Yu., Podzorova N. A., Zlatnik E. Yu., et al. Experience in the peritumoral use of the recombinant tumor necrosis factor thymosin-α1 in locally advanced stage IIb-IIIb breast cancer. Fundamentalnye issledovaniya. 2014; 7 (4): 921-926. (In Russ.)
15. TBKBP1 induces capecitabine resistance through negative regulation of type I interferon pathway in triple-negative breast cancer. Oncogene. 2026. DOI: 10.1038/s41388-025-03598-4.
16. Phase I trial of capecitabine with cemiplimab in patients with hormone receptor-positive metastatic breast cancer. Journal of Clinical Oncology. 2025. DOI: 10.1200/JCO.2025.43.16_suppl.e13082.
17. Calistri N. L., Liby T. A., Hu Z., et al. TNBC response to paclitaxel phenocopies interferon response which reveals cell cycle-associated resistance mechanisms. Scientific Reports. 2025; 15 (1): 4294. DOI: 10.1038/s41598-024-82218-9. PMID: 39905117.

А. М. Бен Аммар¹
В. Т. Заркуа²

¹ ОнкоКейр Клиник 308, Москва, Россия, amirbenammar94095@gmail.com, https://orcid.org/0000-0001-9239-2539, SPIN: 4553-4484, Researcher ID (WOS): NFS – 7043-2025
² ОнкоКейр Клиник 308, Москва, Россия, miro.zarkua@gmail.com, https://orcid.org/0000-0002-7973-5231, SPIN 9383-8150, Researcher ID (WOS): NFS – 4512-2025

Сведения об авторах:

Бен Аммар Амир Мохамед, онколог, Общество с ограниченной ответственностью «ОнкоКейр Клиник 308», Россия, 125047, Москва, ул. Фадеева, 4; amirbenammar94095@gmail.com

Заркуа Владимир Тамазиевич, онколог, Общество с ограниченной ответственностью «ОнкоКейр Клиник 308», Россия, 125047, Москва, ул. Фадеева, 4; miro.zarkua@gmail.com

Information about the authors:

Аmir M. Ben Ammar, oncologist, OncoCare Clinic 308 Limited Liability Company, 4 Fadeeva str., Moscow, 125047, Russia; amirbenammar94095@gmail.com

Vladimir T. Zarkua, oncologist, OncoCare Clinic 308 Limited Liability Company, 4 Fadeeva str., Moscow, 125047, Russia; miro.zarkua@gmail.com

Случай успешного применения цитокиногенетической терапии для лечения диссеминированного рака молочной железы (наблюдение из практики)/ А. М. Бен Аммар, В. Т. Заркуа
Для цитирования: Бен Аммар А. М., Заркуа В. Т. Случай успешного применения цитокиногенетической терапии для лечения диссеминированного рака молочной железы (наблюдение из практики). Лечащий Врач. 2026; 10 (29): 102-108. https://doi.org/10.51793/OS.2026.29.10.013
Теги: женщины, злокачественная опухоль, противоопухолевое лечение